«Не брошу своих учеников ни за что» Печать
Новости - Жизнь СУНЦ
Автор: отдел информации СУНЦ НГУ   
29.12.2016 16:41

Павел Владимирович Логачев - директор Института ядерной физики СО РАН и один из самых молодых академиков РАН — в уходящем году впервые выступил в новой для себя роли: с сентября он работает преподавателем физики у десятиклассников СУНЦ НГУ (бывшая ФМШ). Легко ли превратиться из академика в школьного учителя и какие подарки, сами того не зная, школьники дарят своему новому преподавателю, Павел Логачев согласился рассказать накануне праздников.

Передача ремесла

Павел Владимирович, расскажите, что заставило известного ученого, а теперь и академика РАН, стать школьным учителем?

Здесь есть несколько моментов. Первый — я сам два года учился в физматшколе. И для меня это очень важный этап в жизни. Чем дальше, тем больше я понимаю его важность. Это то время, когда человек принимает самые важные и значимые решения, которые впоследствии так или иначе определяют его судьбу. И сейчас моя задача заключается в том, чтобы те ребята, которые приезжают сюда, в физматшколу, все-таки оставались в науке, работали в нашем Академгородке, в наших институтах, в Сибирском отделении. Вот это главный момент. Потом, когда они будут учиться в университете, на их выбор, конечно, можно повлиять, но уже не так сильно, не так определяюще, как сейчас, пока они в ФМШ.

Сюда приезжают лучшие ребята из всех регионов Сибири, Дальнего Востока, даже с Урала, из Казахстана. Это огромная территория и замечательные дети. И возможность положительно на них повлиять это очень важно, как мне кажется, для любого научного сотрудника, который думает о будущем своей системы.

Легко ли было вписать две еженедельные лекции и семинар в СУНЦ в ваш и без того плотный рабочий график?

Вы знаете, человек сам определяет, что считает важным или не важным. Дело в том, что никогда нельзя ссылаться на занятость, плотность графика и т. д. Всегда, если есть необходимость, есть желание, есть понимание важности этого дела, всегда можно находить время. Тем более, что в Институте ядерной физики работают мои коллеги, мои учителя, люди очень талантливые, умные, многие из которых и умнее, и талантливее меня. Поэтому я могу выделить время на такие важные в стратегическом понимании вещи как работа в СУНЦ. Для ребят мои лекции и семинары — это прямое общение. Причем это профессиональное общение. Я с учениками на семинарах не говорю на отвлеченные темы. Мы обсуждаем физические задачи, ищем нестандартные, красивые решения, анализируем их. Школьники же на этих задачах исследуют мир. Для них это — неизвестное. Они учатся открывать новое для себя. Вот это и есть передача ремесла.

Быть на равных

О чем нужно помнить успешному ученому, когда он входит в школьный класс?

Работать с детьми, с одной стороны, труднее всего, а с другой стороны — благодарнее всего. Дети никогда не допускают фальши. Они очень искренни и видят всегда настоящее. И ты должен им показывать настоящее. И если ты где-то ошибся, то надо так и сказать: «Да, ребята, я здесь ошибся, вы за мной следите». И они, правда, следят, меня поправляют, видят мои ошибки. И это прекрасно. Я их за это всегда поощряю. Такой и должна быть работа в команде, когда вы работаете вместе, замечаете ошибки своих коллег и им помогаете, а они помогают вам. И вместе вы — сильная команда. Это и есть коллективная работа. По сути, в хорошем научном коллективе так всегда и бывает. Я с ними работаю на равных и не брошу их ни за что.

Согласны ли вы с тезисом о том, что раньше подростки были более развиты, более эрудированы?

Нет, дети сейчас прекрасные. Тем более, у меня в группе нет детей, которые были бы победителями олимпиад. Но среди этих ребят есть, по крайней мере, 4-5 человек очень сильных, у которых потенциал просто фантастический. У них неплохой прогресс. И мне доставляет удовольствие видеть их совершенствование. Я думаю, что все у них получится.

То есть разговоры о плохих детях — это что-то из серии про деревья, которые в наше время были выше?

Конечно!

Чему директор Института ядерной физики сам учится у школьников?

Мне крайне интересно, чем живет молодежь сейчас, о чем они думают, о чем мечтают, как у них устроена логика. И с удивлением для себя я обнаруживаю, что эти ребята мыслят примерно также, как я мыслил в их возрасте. Я не ожидал такого, честно говоря.

Отдать долги

Можете вспомнить, как сами были в их возрасте и учились в тогда еще ФМШ?

Было, конечно, очень трудно учиться. Нужно было много работать, но в награду я получал радость видеть красоту того, чего раньше не понимал. Тогда в разных институтах Сибирского отделения для фмшат работали спецкурсы, такие и сейчас делаются. Мы ходили в институты. Я и в ИЯФ ходил, и в теплофизику ходил. И вот этот контакт с настоящими учеными, он оказался очень-очень важен. У меня физику вел Николай Александрович Мезенцев, сейчас он — замдиректора нашего института. Он — замечательный специалист в области физики ускорителей и накопителей, он делает лучшие в мире сверхпроводящие устройства для генерации синхротронного излучения. Нет ни одной компании, которая с ним могла бы соревноваться. Он учил меня физике два года, вел семинары.

И я, пока сам не начал работать в ФМШ, чувствовал в себе всегда вину, потому что я не отдал долг. Осознавал, что мне нужно было обязательно идти преподавать.

С 2010 года ваш институт ежегодно выделяет стипендии талантливым ученикам СУНЦ. Следите ли вы за их судьбой после окончания школы?

Да, конечно, следим. Но не надо думать, что мы делаем это исключительно для ИЯФа, для себя. Мы понимаем, что эта стипендия в 5 тыс. руб. ежемесячно поддержка талантливых ребят, которые без нашей помощи, наверное, не остались бы в ФМШ. И не важно, кем они будут, — физиками, химиками, биологами. Важно, что они останутся в нашем Академгородке и составят его будущую научную основу. Это самое главное.

Про время и мечты

Что бы вы добавили в системе образования в СУНЦ, если бы могли?

Знаете, как говорил Микеланджело? Надо убрать все лишнее, чтобы осталась одна красота. ФМШ по сути заложенной в ней идеи, ее коллектив, ее преподаватели - это такой уникальный самородок, что для нее уже и не нужно ничего лишнего. Она дает сильнейшее классическое образование, которое совмещено с исследованиями, потому что преподают ученые. Их задача — исследовать мир. И они хотят научить этому же детей на примере конкретной задачи. Этому в обычной школе не учат. Это и есть главное. Это надо беречь и сохранять.

И поэтому очень важно, чтобы в ФМШ работали ученые. Я пошел работать в ФМШ, чтобы у других ученых не было отговорки, что у них нет времени на такую работу. Исключить этот аргумент — это еще одна утилитарная задача, которую я ставил, когда пошел туда работать. По крайней мере, для сотрудников ИЯФа.

Наше интервью выходит накануне Нового года — для вас первого года в роли преподавателя СУНЦ и академика РАН. Поэтому логично, что именно вас мы просим поздравить своих учеников и коллег с наступающим праздником.

Хочется пожелать, чтобы в новом году все люди — и ребята, школьники, и их учителя, и научные сотрудники — осуществляли свою мечту. Очень важно, чтобы была мечта. Еще важнее, чтобы эта мечта осуществлялась. Я часто повторяю это, потому что считаю очень важным.

Фото Софии Аболишиной