Геннадий Шмерельевич Фридман PDF Печать E-mail
16.10.2015 11:20

ЗФМШ. Начало

Об авторе

Выпускник ФМШ 1964 (первый выпуск).

Выпускник ММФ 1969 г.

Кандидат физико-математических наук.

В настоящее время –  президент Группы "Ф - Консалтинг", чл.-корр. РАЕН по отделению "Информационные и телеком технологии".

 

ЗФМШ. НАЧАЛО.

А начиналось все здорово. Академгородок первой половины шестидесятых бурлил и фонтанировал идеями, на исходе хрущевской оттепели можно было упиваться свободой во множестве ее проявлений. В частности, это проявлялось и в том, что если кто-то начинал что-то разумное делать и у него получалось, то ему и дозволялось это делать, без оглядки на чины и звания. Именно в это время возникли клуб «Под интегралом», театр в Доме ученых, Летние школы и ФМШ, а несколько позже – ЗФМШ. И все это могло возникнуть только в те благословенные времена.

 

Известна история создания ФМШ, когда выдающиеся ученые, не жалея сил и времени, на общественных началах построили замечательное учебное заведение, прекрасно функционирующее и поныне. Вскоре на эту стезю вступили и их юные ученики. Нам определенно повезло. В 1964 году, когда состоялся первый выпуск ФМШ, должна была проходить 3-я ЛФМШ. И вдруг выяснилось, что не хватает преподавателей. Я помню первую Летнюю школу – ученые прямо-таки локтями толкались, чтобы пообщаться с «вундеркиндами». А к третьей Летней школе энтузиазм поутих.

И А.А.Ляпунов пригласил несколько выпускников ФМШ, поступивших на матфак и решивших летом сдать экзамены за первый курс, поработать в Летней школе. Мы поработали, все прошло хорошо, но стало ясно, что надо разрабатывать систему подготовки преподавателей в ЛФМШ, чем я вскоре и стал заниматься. И уже в следующей ЛФМШ заметную часть преподавателей математики и физики составляли студенты – выпускники ФМШ, которые прошли некоторую дополнительную подготовку, участвуя в проверке работ заочного тура

Всесибирской олимпиады, а затем участвуя в бригадах по проведению областных туров. Довольно забавно, но я был назначен «руководителем бригады СО АН СССР по проведению областного тура Всесибирской олимпиады по математике, физике и химии в Тюменской области». А в бригаде у меня (формально – первокурсника) было два кандидата наук: Лев Васильевич Баев – математик, с которым мы и сейчас с удовольствием встречаемся, и Люда Рудась – химик. И никого это особенно не удивляло и не задевало. Таковы тогда были нравы в Академгородке.

А в следующем году случилось еще одно замечательное событие. В комсомольском лагере «Орленок» на Черном море решили устроить экспериментальную смену: половина ребят – секретари школьных комсомольских организаций, а другая половина – победители олимпиад. Но тогда потребовались специалисты, и от НГУ отправили меня и физика Володю Харитонова – он много лет работает в ФМШ. А закончили мы тогда первый курс. Орленок – это было здорово и незабываемо. А вот когда мы возвращались назад, мой новый товарищ, второкурсник МГУ Марк Дубсон привел меня на мехмат, а там как раз комплектовали для рассылки первые задания Гельфандовской ЗМШ. Идея меня восхитила, и я тут же сказал, что мы тоже сделаем заочную школу, но физико-математическую. А в Академгородке шла Летняя школа.

Я тут же рассказал товарищам идею ЗФМШ и мы, еще не представляя себе, как это будет, собрали у ребят, не оставшихся в ФМШ, анкетные данные и заявления и сообщили им о зачислении в ЗФМШ. Мне быстро удалось собрать студенческий коллектив математиков (Ю.Михеев, С.Тресков, В.Голубятников и др.) и физиков (О.Кашуба-Буднева, С.Эйдельман, М.Перельройзен), были написаны первые задания,

О.Кашуба-Буднева

кто-то (чудеса!) помог отпечатать их на ротапринте Института гидродинамики и…уже в октябре первое задание первой в мире ЗФМШ ушло ученикам. Всего на месяц позже Гельфандовской ЗМШ.Следующее задание было отпечатано в ИЯФе... Мы сразу назвали наше заведение «Заочная физико-математическая школа при НГУ», но все это было подпольно, так как формально это заведение не существовало, да и университет к нему имел отношение только в лице студентов. Первые задания, насколько я помню, нам отправила канцелярия НГУ.

С.И. Эйдельман

 

В.П. Голубятников

В конце задания имелась приписка, что отправляя нам решенное задание, надо вложить в конверт два (!) чистых конверта. Имелось в виду, что если кто-то не вложит, то у нас будет в запасе. Но слишком долго, совсем без средств и без помещения, мы бы не просуществовали.

И тут в нашем деле появился новый фигурант. Осенью по дороге в Институт математики меня встретил молодой круглый человек и сказал:

А.М. Рубинов

«Меня зовут Саша Рубинов. А это вы делаете Заочную школу?»

- Я.

- А давайте я вам буду помогать.

И молодой кандидат наук, в будущем довольно заметный ученый Александр Моисеевич Рубинов, совершил радикальные преобразования в нашем деле. Во-первых, он вошел в контакт с директором городской Заочной школы (были такие, имевшие целью дать взрослым людям возможность завершить среднее образование).

И Саше удалось этого директора убедить в том, что наша ЗФМШ почти то же самое, и мы стали отделением городской Заочной школы, а Саша Рубинов занял должность директора отделения – все-таки нужен был взрослый человек. Нам была выделена ставка методиста, деньги на почтовые расходы и на приобретение методических материалов (мы даже несколько выпусков брошюр Гельфандовской ЗМШ купили). Руководство ФМШ выделило нам небольшую комнату, и с этого времени ЗФМШ обрела официальный статус.

Позднее А.Рубинов передал директорство своему защитившемуся аспиранту Курбану Шапиевичу Шапиеву. К тому времени методические задания ЗФМШ стали печататься на ротапринте НГУ.

Школа вполне успешно функционировала, при этом была создана эшелонированная система подготовки кадров для ЗФМШ и ЛФМШ. Были специалисты высшей квалификации во главе с Юрой Михеевым и Сергеем Тресковым, которые писали методические задания. Были бригадиры, непосредственно руководившие студентами, проверявшими задания и писавшими отзывы на них (Володя Голубятников, Аркаша Черевикин, Юра Кукин и др.). На бригадирах лежала ответственность за качество работы и они же давали рекомендации своим подопечным на преподавание в ЛФМШ. С тех пор и в ЛФМШ не было недостатка в хороших семинаристах – математиках.

Ю.В. Михеев и С.А. Тресков

То есть получилась самовоспроизводящаяся система. Прошло несколько лет, и на заседании Президиума СО АН СССР заслушивался отчет Комитета по проведению олимпиад. И тут вдруг ректор НГУ академик С.Т.Беляев говорит, что олимпиады и ФМШ, конечно, важны, но еще важнее Заочная школа, так как именно она дотягивается до самой глубинки, а ее выпускники дорастают до возможности поступать в университет. Тогда встал студент Г.Фридман, член Оргбюро, и сказал, что со своим ректором полностью согласен, но вот проректор НГУ запретил печатать задания, и ЗФМШ уже третий месяц практически не работает (хорошим манерам нас не успели научить). Академики хохотали, а Спартак Тимофеевич велел мне завтра утром быть у него в кабинете со всеми заданиями, и я уж постарался поставить тиражи на три года вперед.

Около шести лет я фактически руководил ЗФМШ, а году то ли в 1971, то ли в 1972 новый декан матфака издал замечательный приказ: «За развал работы ЗФМШ уволить Шапиева К.Ш., Трескова С.А. и Фридмана Г.Ш.» Пожалуй, это единственный документ, подтверждающий, что С.Тресков и Г.Фридман к ЗФМШ имели отношение.

С.Тресков, Г.Карев, Г. Фридман

А осенью 2010 года мы отпраздновали 45-летие первой в мире ЗФМШ. Это уже давно многопрофильная школа, а экономисты и вовсе выделились в отдельную ЗЭШ. Заочная школа правильно формализована как часть СУНЦ НГУ, а ее директор является заместителем директора СУНЦ. И продолжает Заочная школа сеять разумное, доброе, вечное.

 

© 2011 Заочная Школа СУНЦ НГУ. Все права защищены.